ole_lock_eyes: (Mask)


Я просто хочу какого-нибудь покоя. Просто какого-нибудь совершенного, как Будда Амитабха, покоя. Ах да, «ёбвашумать» забыл добавить. Я покупаю на углу сливы. Огромные черные сливы с рубиновой плотью. Такие сливы наживающиеся на их страданиях люди называют «чернослива сладкая, как головка» - дальше идет «младенца», но уже и этого вполне достаточно. Сливы лежат в ящиках, тугие, подобравшиеся, раскаленные на неведомом солнце, так что любое прикосновение к ним может вызвать фейерверк темного сока. )



© Elfrun Kroehl
ole_lock_eyes: (mask)


Я просто хочу какого-нибудь покоя. Просто какого-нибудь совершенного, как Будда Амитабха, покоя. Ах да, «ёбвашумать» забыл добавить. Я покупаю на углу сливы. Огромные черные сливы с рубиновой плотью. Такие сливы наживающиеся на их страданиях люди называют «чернослива сладкая, как головка» - дальше идет «младенца», но уже и этого вполне достаточно. Сливы лежат в ящиках, тугие, подобравшиеся, раскаленные на неведомом солнце, так что любое прикосновение к ним может вызвать фейерверк темного сока. )



© Elfrun Kroehl
ole_lock_eyes: (Kings of Medicine)
какое-то давнее лето




Мы больше никогда не будем такими, как прежде, - он меня ударил – нет, нет, такими, как прежде мы не будем уже никогда. В небо улетел звук пощечины, рассыпался, как зонтик из капель, бьющих по зонтику. Такими, как прежде, - уже никогда, сердце моё поёт от страха, поёт сладко и тошнотворно, и адреналин потихонечку разъедает мне капилляры изнутри, )

© Robert and Shana ParkeHarrison
ole_lock_eyes: (mask)


Он похож… Я сейчас написал местоимение «он», и мое сердце сделало лишний аритмичный удар, нет, сломало синкопу, вписав двадцать пятый кадр в пустую биографию, не способную даже проиллюстрировать пару-тройку десятков лет в антропологическом музее. Моё «он» – это всегда что-то кроме, что-то ещё, ответвление главной дороги, цветовой диссонанс синего в физиологических жидкостях, лирическое отступление в одном слове. )

154.28 КБ
© Patrick Gonzales
ole_lock_eyes: (Strekoza)


Я почти не помню того времени, когда появился первый. Я был совсем ребенком, и отец смотрел на меня сверху вниз, как на домашнее животное. Он сказал: «Теперь есть надежда, что ты вырастешь мужчиной, а не соплюхой!» Это был совсем маленьких крюк, он вытягивался откуда-то из-под ребра справа, он был тонкий и очень острый, и я невероятно гордился им. Маленький очкарик, которого я этим крюком порезал, разнылся, как девчонка. Это его мой отец назвал соплюхой. )



"Phobia" by Mustafa Dedeoğlu

Это была неудачная попытка залезть в шкуру человека, испытывающего политическую, идеологическую, расовую, национальную или религиозную ненависть или вражду либо ненависть или вражду в отношении какой-либо социальной группы. И, скажу я вам, ненавидеть - это не просто скучно. Это еще и крайне утомительно. Просто жаль тратить на это время жизни.
ole_lock_eyes: (Kings of Medicine)


Останься, - сказал голос внутри черепа. Какие они все бесцветные, эти голоса, которые произносят слова там, где нет ни звуков, ни ушей, ни воздуха, где никакая вибрация не передается и голосовая почта умирает, задушенная лавиной крошеной бумаги, pulp, умирает еще до рождения, как умирают в кубических метрах бумажного сероватого месива цвета, запахи, касания. Такие голоса, вероятно, слышат люди с лихорадками души перед тем, как совершить немотивированное заклание. Такие голоса становятся слышны только во сне, под наркозом и через несколько секунд после смерти. )

133.45 КБ

Isla Verde

Apr. 26th, 2011 05:17 pm
ole_lock_eyes: (Да ну? Ну да!)

В каждом бокале мартини должна быть отчетливая нотка горечи, как будто кто-то невзначай уронил туда слезу. В каждой сигарете должна быть одна затяжка с запахом ночного костра, который не создает атмосферу, а греет и кормит. В каждой истории любви должно быть хоть немного настоянной на двенадцати порочных травах смерти. )

235.67 КБ
©Алексей Усачев
ole_lock_eyes: (Sad)
96.64 КБ
©Park Harrison
Такие дни – бессолнечные, но не безрадостные – выдаются только в апреле и только по предварительной записи. Небо укутывается палевой дымкой, влажной, как плачущие глаза, но не печальной, а воздух становится упругим и надежным, как эрегированный, только он наполняется не кровью, а просто талой водой. В такие дни немного легче дышится, и когда утром высыпаешь на ладонь свои разноцветные таблетки, с удовольствием школьника, которому ничего не задали, понимаешь, что больше половины из них сегодня – чистая формальность, боли нет )

ole_lock_eyes: (Оле Лук Ойе)



Каким-то инфернальным (чудесное слово: инфернальная форма глагола!) образом от меня оторвались и уплыли с талыми водами несколько слоев спрессованного глиняно-тяжелого времени-сырца. Трудно сказать, когда именно это произошло, но, возможно, между коротким замыканием (как я это называю) и тем днем, когда Ваня вернул зажиленную книгу Медведевой с истеричной и брехливой дарственной надписью из тех эпох, когда чеснок рос только стрелками («Любимому! ЕДИНСТВЕННОМУ!!!»). Возвращенная Ваней книга пахла дымом неведомых костров. «Где он мог ее читать? В лесу, что ли?» Jammin’ отвечал: «Да просто долго таскал в рюкзаке, мало ли, где он с этим рюкзаком бывал»…
У меня тоже был рюкзак, черный, кожаный, эффектно потертый, с цепочкой, шипами, брелоком-свастикой, но с тех пор, как я перестал таскать с собой пару университетских учебников, фляжку, словарь, зубную щетку, свитер и яблоко, мои тогдашние боги тихо скончались от старости и забытья. Да, я выкинул плакат с Моррисоном еще во время пред-пред-шествующего ремонта. )



Потерявшееся время )
ole_lock_eyes: (City)

Ветер тянул, тянул, мотал, мотал, выл, выл – la-la-la-la-la, la-la-la-la-lee, а little bird lit down on Henry Lee – но так ничего и не принес, кроме пары старых афиш и песни «Джуманджи» про суку-любовь. Охреневшие снеговые тучи крыли все подряд белыми хлопьями, охреневшее солнце то ломилось в проталины, то падало листовым железом на голову, забывало то греть, то светить.
Мне приснилась Седьмая симфония Бетховена. )


Свернутое пространство )
ole_lock_eyes: (Cool)

Они не верят мне. Ты представляешь? Они мне не верят. У них – только не смейся! – все еще зима. Переводят стрелки часов, переводят старушек через дорогу, переводят учебники биологии на санскрит, переводят шило на мыло. Застегивают поплотнее пальто, нахлобучивают шапки до самого кончика носа, делают звук громче, когда передают прогноз погоды. Обещают минус тридцать, если диктор не врет, но диктор врет, мы-то с тобой точно знаем. )
193.26 КБ
Константин Сомов, «Обнаженные в зеркале у окна», 1934 г.
ole_lock_eyes: (Cool)
упражнение для тренировки памяти

Apéritif

Удивительно, но во внутреннем кармане светло-серой куртки для яхтинга, купленной во время регаты, даже сохранился счет на небольшую приятно округлую четную сумму. Обед состоялся сентябрьским вечером цвета синего шелка, как я выразился бы, если бы окончательно утратил чувство меры. )

Останки совершенно другого обеда )

Homesick

Jan. 10th, 2011 06:02 pm
ole_lock_eyes: (timiama)

Ночевать в чужих квартирах. Ночевать в квартирах чужих. С чужими запахами чужой пищи, чужих испарений, чужих слов. Мебель покрыта снегом мельчайших чешуек чужой ороговевшей кожи. Ты их не видишь и не увидишь, но не почувствовать их невозможно. )

Ночевать не дома )
ole_lock_eyes: (timiama)

Если бы я был дохристианским богом, то есть, по повадкам – демоном, по целеустремленности – ангелом, по уровню рефлексии - бревном, сотворил бы я себе мир. Это был бы мир совсем небольшой. Большим управлять трудно. )
ole_lock_eyes: (Cool)

…и никого на улицах. Даже следов не осталось, и конфетти, мертвые петарды и пролитое на снег вино смыты аккуратным утренним растворителем.
Раздавшаяся в половине десятого вечера человеческая речь под окнами резанула ухо, как фальшивая нота. )
ole_lock_eyes: (Thinker)
Сорок девять чашек, одна папироса, три с половиной пачки, двести пятьдесят граммов в неделю.

Остановка в пустыне



Никто не назовет восьмидесятишестилетнего араба дедом. Потому что рисунок черных морщин на его запеченном лице сложен в такой скептический кукиш, что пришить ему каких-то родственников в виде жен, детей и внуков не поворачивается язык. )
ole_lock_eyes: (Smoker)
Я боюсь старых домов.
Не исторических развалин с чистенькими экскурсоводами, обезвреженных историей, не пепелищ, обеззараженных огнем, не руин, в которых завелась семейка трудолюбивых археологов, а зданий, еще, быть может, крепких, но уже погрузившихся в трудный и мучительный процесс умирания. )


Умирание дома, 700x532 )

UPD: Ролик, который меня нервирует:

ole_lock_eyes: (Smoker)

Я проснулся в полшестого. Я люблю вставать рано, потому что испытываю болезненную потребность иногда снимать и вешать в шкаф выражение лица. Позволять губам расползтись в неулыбку. Позволить глазам работать только на прием, не на передачу. Позволить рукам просто давить на клавиши или касаться горячей кофейной чашки, или щелкать зажигалкой. Мне необходимо бывать одному, иначе система перегружается, и с воплями и ругательствами вылетают пробки. )


Двое - это все, 500x500 )
ole_lock_eyes: (Thinker)
Сидит он напротив Оле в полосатенькой рубашечке, в сером свитерочке, в розовеньком галстучке, очочки в тонкой оправе с небольшим минусом, - такой корпоративный Маленький Мук, ковыряет палочками гункан с крабом, возит в мисочке с соусом зеленый клочок васаби. )

Zoom zoom

Feb. 26th, 2008 09:48 am
ole_lock_eyes: (Default)
Мальчик, в которого я влюблен, - самый красивый мальчик. Глаза его меняют цвет трижды за день – утром белые, днем серые, в сумерках синие, когда его лицо склоняется над моим – зеленые. )
ole_lock_eyes: (Default)
Я ношу на среднем пальце левой руки серебряный перстень с черепом и крыльями, на шее – самопальный медальон из медицинской стали с моим именем, на правом запястье – кожаный ремешок, завязанный причудливыми узлами, а на левом – срез маньчжурского ореха, который некрасивый рыжий любовник мне пожаловал, когда трахнул меня в десятый раз. )
ole_lock_eyes: (Default)
Ты нацарапал номер своего телефона на беленой стене моего подъезда. «Захочешь – позвонишь. Странноватый ты все-таки», - мялся, уходя. То же самое – про то, что я странноватый – ты сказал в тот вечер, когда мы познакомились. «Я думал, ты от этого далек», - сказал тоже, а потом положил мне на плечо руку и развернул к себе мое лицо кончиками пальцев. )
ole_lock_eyes: (Thinker)
Если бы вы знали, достопочтенная публика, какое острое наслаждение мне доставляет “I put a spell on you” в моих наушниках. )
ole_lock_eyes: (Thinker)
Самые важные события происходят на кончике ресницы. )
ole_lock_eyes: (Default)
Утреннее население блюет в кустах во дворе и сморкается на асфальт при помощи сроду не знавших носового платка пальцев )

Coming out

Aug. 1st, 2007 03:42 pm
ole_lock_eyes: (Default)
Мы с Ленкой вальсируем под Моррисоновскую Wintertime Love в холле инязовской общаге. Ее груди упираются в мои ребра и создают неловкость, которая мне и ей мешает двигаться куда больше, чем то, что она меня выше на голову. У Ленки все большое, и груди большие, и я, пьяный, кладу на них голову и закрываю глаза. )
ole_lock_eyes: (Лама)
Люка ставит мне на голову бумажный пакет с вином, сыром и хлебом. Еда глядящих на звезды пастухов просвечивает сквозь упаковку, смотрит на меня желтоватыми библейскими глазами. Я утыкаюсь носом в ключицу Люки на каждом подрагивающем этаже. Ползком вверх по хребту здания, конвульсивно сжимаются ребра серой барочной рептилии, репеллентами пахнет от красного половичка у меня под ногами, я практикуюсь в любви к смерти, потому я пьян и накачан лекарствами в веселых желто-зеленых пилюльках )
ole_lock_eyes: (Default)
я
ты
ты
я
Количество букв ничего не значит.
Ничего не показывает, ничего не прячет. Несколько знаков, порой читаемых. Как в глупой беседе с Шалтаем-Болтаем: каждое слово несет понятие, очевидное лишь твоему восприятию, и понимание невозможно в принципе между шипами, розами, змеями, принцами. Остаются лишь определения и обстоятельства, и слабый пульс на виске как доказательство, что ты жив, след на песке, несколько рваных страниц, безжалостно сложенных в стайку бумажных птиц...

Время

Jan. 26th, 2007 12:25 pm
ole_lock_eyes: (Лисенок)
Я состарился.
Корыстные незамужние сослуживицы не дают мне больше 25 лет, но это не имеет никакого значения. Я состарился, я это знаю наверняка: каждый день, приходя в школу за дочкой, я с цинизмом тонущего пялюсь на курящих перед храмом науки старшеклассников. )


Tomorrow belonges to me )
ole_lock_eyes: (Thinker)
На прошлогоднем настольном календарике первый месяц нового года лежит кубиком, на новом календаре он вытянут в строку и тянется, пугая недискретной линейной бескомпромиссностью, бесцветной принципиальностью. Я нижу дни на пальцы, как низал бы тяжелые кольца, желтые трофеи, будь я скифским князем.
Двадцать четвертого январеля этого года мне, единственному на холодном поле моего осязания, избранному, the One, явился во всем блеске и великолепии своем счастливый Господь )


Зимы не будет, 620x594 )
ole_lock_eyes: (Default)
- Что для тебя белый цвет?
- Конечно, снег.
- А красный цвет?
- Трон. Мантия и трон. А потом уже кровь.
- А синий?
- Летний вечер. Потом – море…

Белый )



Снег, 750x940 )

Красный )



Цирк, 800x871 )

Синий )



Море, 750x610 )

Volver

Sep. 20th, 2006 02:41 pm
ole_lock_eyes: (Default)
До его переезда осталась всего неделя. «Какое это будет число?» «Двадцать седьмое» «Надо запомнить дату, будем потом отмечать… годовщины» Маленькая валяется на нашей с ним кровати, копошится в пакете со своими бисерными ниточками и бусинами и принюхивается к его подушке, на его запах ведутся все – я, слабонервные женщины, маленькие дети, и спрашивает: «Скоро приедет Андрей? А он насовсем уже приедет? Ну когда же?!» Скоро, уже скоро, навсегда, уже навсегда. )



Наш дом, 800x600 )


Наше место, 800x600 )


Наше море, 800x546 )
ole_lock_eyes: (Default)
Куда деваются по утрам все красивые мальчики? Такие: )


Уходи, мальчик, 600x800 )
ole_lock_eyes: (Default)
Текст был написан за одну долгую и мучительно бессонную ночь в ноябре 2002 года. В разное время я "дарил" его своим крошкам Цахесам, психоматрицам и другим аватарам, и это было легко потому, что писалось это словно под диктовку, не "кровью и спермой", а просто дыханием.

Ю )



Отсутствующий, 258x600 )
ole_lock_eyes: (thinking)
В тот день, когда он умер, я сидел на лестнице в его подъезде и плакал. Молча, без всхлипов, без голоса. Чувствовал сквозь мокрую вату ресниц, как текут по щекам теплые и крупные слезы. Мне не было стыдно, что я плачу. Кроме того, что мое лицо мокрое и мне трудно дышать, я не чувствовал ничего )


Game over, 800x570 )

Profile

ole_lock_eyes: (Default)
ole_lock_eyes

December 2011

S M T W T F S
    1 23
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 23rd, 2017 02:52 pm
Powered by Dreamwidth Studios